голодные, обескураженные бродяги – то уж явно были и близко так никакие не солдаты, их ловить можно было, словно ту еще рыбу, сетями…
Они довольно-то редко отстреливались, поскольку боезапас обновить им было попросту негде.
Причем при том несколько другом раскладе все это было бы совсем так вовсе явно иначе.
И дело-то ясное дабы избежать этакой роковой и гибельной ситуации, сколь неизменно надо было нашим частям именно что вовремя принимать самые решительные меры.
Уж вовсе совсем не скупясь, отдавая при этом свою территорию, зато вот и близко при этом не оставляя всю свою армию безо всякого твердого кадрового костяка.
248
И так почти все на деле достойное своих погон высшее командование отдали на заклание репрессий 37 года.
Ну а среднее и низшее звено весьма же нелепо и до чего бессмысленно утопили во всех тех гулких котлах 1941.
А между тем подобного рода ужаснейших перипетий могло уж и близко ведь явно не быть во времена всех тех еще сколь невзрачно будничных реалий Второй Мировой войны.
Однако смерть и кровь, пролитые именно как есть понапрасну и стали платой за дикие иллюзии вполне так успешного и чересчур не в меру спешного вытеснения нацистского ворога с той еще самой навеки родной советской земли.
Все уж тогда стало полностью наоборот, причем только из-за тех явно неумелых и из рук вон плохо организованных наскоков на грамотного и очень даже оптимистически настроенного невероятно грозного в начале войны противника.
Ну а исключительно потому тот и сумел, считай на ту никак недобрую половину вовсе небезуспешно осуществить все то, что им было, считай уж до чего сходу так разом на самом-то деле и вправду намечено.
А вполне строго было ими сколь вот еще сходу так разом намечено то исключительно нещадное превращение всех же славян в сущее стадо безропотных рабов.
И это как раз ради самого должного избавления от подобного рода реалий и надо ведь было, дабы с самого еще начала войны прежде тех безлико скользких идеологических аспектов во всякое пристальное внимание сколь на деле резко, считай день за днем только уж и бралась та самая вовсе необычайно так быстро изменяющаяся боевая обстановка.
А все это потому что те, как из пулемета более чем невообразимо же резко нагрянувшие перемены, без тени сомнения требовали самых незамедлительных здравых решений.
Да еще вот для их весьма уж последовательного принятия нужны были душевные силы а они могут найтись в характере человека только лишь при самом явном наличии бестрепетно живущей в чьем-либо мужественном сердце совсем уж никак не отчаянной смелости.
А без всего этого никто и близко никогда не решится на проявление именно что той еще чисто своей и на редкость взвешенно разумной личной инициативы.
Ну, а коль скоро никто в то самое время без указки с самого верха и слова вымолвить явно что сходу вовсе не смел все те самые ужасные события подчас само собой и не заставляли себя до чего долго же ждать.
Ведь враг не станет настойчиво спрашивать разрешения значительно продвинуть свои силы коли ему никак не выказывают вполне должного отпора.
А его никак уж не будет коли у всякого командира нет полномочий для какого-либо стремительного маневра.
Ну а как раз потому и все дело защиты родины и пошло как есть именно сходу уж чисто так явно совсем под откос.
Причем наиболее наглядной ко всему тому первопричиной и послужило, как раз именно то что со всею напыщенностью сурово же мыслить сущими абстрактными категориями и было самым обыденным уделом всяческого рода политических комиссаров.
И главное, при всем том они почти ведь никогда и близко не принимали в расчет всякую ту, до чего промозгло же серую (без бравых лозунгов) более чем безупречно так ярко же наглядную реальную действительность.
И как то вообще могло быть иначе, коли все их сколь еще чересчур низколобое самосознание, и впрямь-то было более чем весьма так старательно немыслимо слепым и ревностным служением всему тому вовсе-то на редкость безликому большевистскому мракобесью.
А впрочем, и по самой своей фанатической природе были они никак и близко не богобоязненны и всегда и во всем бессердечно и впрямь более чем неотъемлемо до чего еще всеобъемлюще разом так правы.
А между тем и сама та подчас же внезапно изменяющаяся обстановка была, что называется, безумно вот вопиющей.
А между тем то самое неимоверно трудное положение дел само собою разом требовало именно что того весьма уж неотъемлемо бытового, и довольно-то всеобъемлюще пристального, да и на редкость сурового внимания.
Да вот, однако, всем тем колоритным комиссарам неизменно требовалось то самое сколь еще идейно так и впрямь выхолощено, считай уж совсем «чистопородно» общее содержание…
И они бы вообще всю армию на самом ее корню совершенно бы полностью разом сгубили, отдай им главный правитель всю, как она есть, полную власть на местах…
Чего только стоит приказ сталинского палача Льва Мехлеса, попросту одним росчерком пера, запретившего в северном Крыму всем солдатам окапываться, потому что это, видите ли, открыто выражает некие до чего явные пораженческие настроения.
А между тем окапывание зачастую спасает от множества мелких осколков, которые могут вонзиться и в весьма чувствительные участки тела.
Причем, когда этот ярый догматик сталинской тактики и стратегии отдавал сей приказ, он специальную при этом оговорку и близко не сделал.
Всем тем русским, украинцам, белорусам, казахам, татарам окапываться нельзя, а евреям это уж, значится, никак совсем так оно вовсе не возбраняется.
249
Правда вот, конечно, бравых комиссаров все те вполне настоящие военные люди, как только могли сколь невесело и хмуро подчас явно остужали, чтобы те чересчур излишнее усердие в практических сферах армейской жизни нисколько бы не смели излишне ведь рьяно совсем не ко времени явно что никак не к месту же проявлять.
А только и всего, что ограничились бы они одною той, до чего еще тягучей жвачкой броских лозунгов.
Раз тем никак не в меру говорливым политработникам от всей уж души полагалось сколь еще изящно излагать тезисы всецело устремленной в самые невообразимые дали чудовищно криворотой красной пропаганды.
Да и вообще, коли на что-либо и были комиссары хоть как-либо и впрямь до чего безупречно же действительно годны, так это разве что были они на все лады, и вправду горазды, проникновенно, и пафосно призывать людей идти вперед и только вперед на абсолютно безыдейные мины и пулеметы.
Ну, а действовать неспешно и полностью обдуманно, а потому и не губить людей попусту они были никак совсем вовсе и не обучены…
Им была важна одна лишь та, сколь еще свирепая массовость и более чем незамысловатая идейность самых глубоких прорывов всей той со всею строгостью военной науки никак не наспех построенной немецкой обороны.
И если бы не сдерживающая рука профессиональных военных, Красную армию неминуемо бы ожидала самая верная погибель.
Да и вообще их бы тогда точно ведь ожидала участь разве что лишь случайно пока уцелевших в глухом лесу считай чудом никак пока недобитых остатков некогда прежде бравого войска.
Враг нагло пер вперед и вперед.
И вот уж в этот самый момент всем тем считай безвылазно засевшим в штабах полков и дивизий стратегам более чем искренне сходу захотелось всем-то сразу весьма доблестно и строго до чего еще делово разом так вполне покомандовать.
Уж до чего невозмутимо покрутить рулем, при этом более чем наглядно почувствовав себя на редкость бескомпромиссными спасителями всего своего славного отечества…
И все это при том, что никого из их числа и на пушечный выстрел нельзя было подпускать к тем самым весьма конкретным задачам войск.
Те вконец безголовые комиссары разве что куда поболее усугубляли и без того ничем невосполнимый ущерб, наносимый стране безумно жесточайшим вражеским нашествием.
А потому более и не было, собственно, разом так важно, отчего это вообще затем возникали окружения всех тех довольно крупных воинских соединений.
То есть не имело никакого существенного значения происходило ли это оттого, что части Красной Армии вовремя не отводили с совершенно невыгодных для обороны позиций, или еще оттого, что те войска попросту бездумно отправляли вперед и строго вперед…
…то вот далее какого-либо существенного значения и близко совсем вовсе так не имело.
Уж чего-чего, а с той хоть сколько-то разумно организованной военной мощью быстро-то в том еще самом начале войны было, как есть довольно-то надолго по-комиссарски бескомпромиссно сходу ведь разом совершенно покончено…
250
Причем подобная практика между тем и близко не была ничем иным, кроме как сущим и беспрестанным до чего еще совсем нелепым втаптыванием буквально всех своих вооруженных сил в невообразимо вязкую илистую грязь.
Ну а также было во всем том и кое-чего от фактически безвременной их передачи на всяческую дальнейшую поруку именно, что своему заклятому врагу…
Головотяпство подобного рода нынче попросту уж дочиста отмывают разве что, тем истинно мнимым и на редкость надуманным отсутствием той самой непримиримо строгой же военной дисциплины.
А между тем, на самом-то деле, оно объяснялось одним лишь самым так полнейшим отсутствием всяческого хоть сколько-то и где-либо более-менее наглядно наблюдаемого житейского ума…
У кого?
Да как раз вот у тех, у кого он, и вправду, должен был до чего однозначно на самом уж деле более чем явно иметься.
Так еще и как есть вполне доподлинно на своем более чем неизменно законном же месте…
Раздарили они фрицам свои войска, сколь еще и впрямь считай что всласть мерзко так раздарили…
Славы более всего только уж всегда хотели, ну а о судьбах самых конкретных людей вовсе-то никак нисколько и не подумали…
И к чему, собственно, могла, в конце концов, привести этакого рода бесславная тактика, если бы, конечно, не тот наиболее терпеливый во всем этом мире народ, сумевший, несмотря ни на что, действительно выстоять в ту более чем на редкость безжалостно лихую годину.
Никто ведь, кроме него, и близко не сумел бы путем именно тех совсем нечеловеческих усилий, сжавши же зубы, как есть немыслимо долго тогда выстоять и поистине продержаться…
И как-никак, а разве что до чего однозначно, весьма поспешно переложив до чего многие обязанности взрослых, на тех самых бесчисленных малых детей, нам и удалось во время ВОВ, пусть и немыслимо же тягостно, а все-таки выстоять…
Причем то самая прямая заслуга всего народа, а вовсе не той бесчестной и, надо бы прямо сказать, сколь так еще поначалу на редкость довольно же скаредной на награды (в годы войны) истинно нечестивой и бесовской сталинской власти…
Этим нисколько не в меру басовито бравым демагогам неизменно только лишь и было потребно одних разве что тех новых и новых оловянных солдатиков в ту так и дышащую адским жаром нацистскую печь еще и еще уж совсем так бездумно сходу без всякого счета подкидывать.
251
Причем явно ведь существует именно тот исключительно яркий исторический пример совершенно так иного, действительно МУДРОГО ПОВЕДЕНИЯ.
И более чем достойное поведение Александра Первого, вполне тут можно бы привести к тому еще
