похоже, придёт скоро откуда её давно не ждут, - продолжил Данила задумчиво, и взгляд его в одно мгновение стал жёстким, а на скулах заиграли желваки. Он с шумом втянул ноздрями воздух, тяжело выдохнул и повернул лицо к огню в очаге.
В светлице повисла гулкая тишина. Слышен был лишь треск прогоравших в очаге поленьев. Ивашка молчал, ожидая того, что скажет Данила. Но тот пока тоже молчал, погружённый в свои мысли. Наконец, Данила посмотрел на Ивашку. В глазах его читались одновременно усталость, боль и тоска.
- Только тебе, Ивашка, и говорю такое... Без передачи кому бы то ни было... Да, и то делюсь я с тобой, как с близким другом, чтобы груз тяжёлый не держать на душе... Даже митрополита Максима не стал я этим расстраивать при встрече... Даст Бог, к тому времени вы уже далеко будете... В Киеве, либо в самом Царьграде... А, может, с Божьей помощью и обойдёт нас та беда стороной...
Данила опять замолчал, глядя на колышущееся пламя ближайшей к нему свечи.
- Опять беда на пороге, Ивашка... - повторил Данила негромко. - Снова Андрей недоброе затеял... Хочет идти на Дмитрия и занять великокняжеский стол... Всё слава и власть ему не дают покоя... Опять, боюсь, призовёт татар себе в помощь... И опять людей положит число несчётное...
- Может, всё это слухи, Данила?
- Не слухи, Ивашка... Уже у меня и гонец от Дмитрия был с вестями недобрыми... А следом за ним и от Андрея посланник... Всё юнцом меня считали раньше, а теперь оба помощи и совета просят... - Данила вдруг усмехнулся, но усмешка та вышла совсем горькой.
- И что ты тем посланникам ответил?
- Богом заклинал Андрея не делать того... Чтить лествичное право и память отца нашего... Велел обоим гонцам передать братьям одно и то же... Что готов встать между ними и молить обоих не начинать рати... Сберечь души христианские... Да всё то не больше, чем слова для Андрея... Его они точно не остановят... Понимает он только силу...
Ивашка смотрел на Данилу широко открыв глаза.
- Книга пророка Осии, - прошептал он невольно со страхам в голосе.
- Что? - не понял Данила.
- Как посеяли они ветер, так пожнут за то бурю. И хлеба на корню не будет, и зерно не даст муки... - произнёс Ивашка по памяти, чувствуя, как после слов Данилы внутри у него всё похолодело при мысли о том, что может случиться, если князь Андрей решится на новую смуту.
Вспомнилось, как несколько лет назад, всем миром они собирали возле Владимира изрубленные тела ратников и как отпевали бессчётное, казалось, число убиенных из-за пустых княжеских прихотей. Ивашка проглотил ком, ставший в горле, сдерживая слёзы.
- Из Библии то, Данила... Всё описано уже в Мудрой Книге, - произнёс он с трудом.
Продолжение - в книге
