моя музыка… моя настоящая музыка…
*
… так вот к чему был Шёнберг.
и жена его Матильда,
и бедолага Герстль в петле и с ножом в груди,
и «Лунный Пьеро» –
всё вплелось в этот галстук.
в эту золотую петлю на шее…
*
- Никто пока не знает… ты там это – не бла-бла, ладно?…
- Нет, – пообещал я.
- Устал я… пойду…. не обижайся…
Встал:
- Прости… развезло… -
и, перегнувшись через стол,
хотел меня обнять,
но я от растерянности не встал ему навстречу,
и он только погладил меня по голове.
Как брата.
И ушёл.
*
P.S.
Он прожил с той ночи ещё четыре с половиной года.
И очень много успел сделать.
*
P.P.S.
… это сейчас я знаю,
что он тогда не спросил меня про ад –
он сказал.
Он предупредил…
*
