Произведение «Кровь ангела 2. Медальон с лунным камнем. Глава 12 (18+)» (страница 2 из 2)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Фэнтези
Сборник: Кровь ангела (строго 18+)
Автор:
Оценка: 5 +5
Баллы: 2 +2
Читатели: 29 +9
Дата:

Кровь ангела 2. Медальон с лунным камнем. Глава 12 (18+)

венку на голове девочки и закрепляя на ней специальный катетер. Операционную огласил громкий детский плач, отчего Тадиэль зашипел и скривился.
— Ты молока захватил? – тем временем поинтересовался доктор.
Ангел Жертвы достал из кармана бутылочку и, отвернув крышку, передал Армисаэлю.
— Свежее?
— Да. Сцедила перед тем, как я забрал детей.
— Хорошо, — доктор полез в шкаф и достал оттуда бутылку красного вина. После чего влил немного вина в молоко и несколько раз встряхнул. Потом вложил соску в рот девочки. Малышка начала пить и успокоилась. — Кровь будет не такой густой, да и восстановится побыстрей, — пояснил Армисаэль в ответ на вопросительный взгляд Падшего.
— А Лайле не повредит?
— Нисколько, — отобрав бутылочку, Армисаэль взял пробирку и, прижав голову ребёнка, открыл замок катетера. Кровь тонкой струйкой побежала в сосуд и очень скоро заполнила его до краёв.
— Этого мало, — отрезал Тадиэль, когда доктор передал ему пробирку. — Бери ещё столько же.
— А не много?
— Ты меня будешь учить?! — ощерился Тадиэль, и его глаза угрожающе сверкнули. — Делай, как я сказал!
Армисаэль наполнил ещё пробирку и протянул ангелу.
— Приведи мне Лайлу. Я подожду вас в капище.
Тадиэль ушёл, а доктор отправился за Лайлой. Она только что проснулась. Лежала неподвижно, безучастно глядя в потолок. Беллор, вытянув ноги и скрестив руки на груди, пялился в телевизор.
— Ты можешь идти, — кивнул ему Армисаэль, появившись в дверях. Блондин ушёл, а доктор подошёл к девушке. — Пойдём со мной, Лайла, — негромко приказал он, откидывая одеяло. — Пора пить лекарство.
— Я не хочу, — девушка съёжилась, испуганно вцепившись в краешек кровати. — Я не пойду никуда!..
— Помнишь, о чём мы договорились? — доктор говорил спокойно, одновременно решительно стаскивая Лайлу за руку с постели. — Если не хочешь, чтобы я тебя снова привязал, слушайся! Или вернёшься в операционную, поняла?
— Я хочу домой, — губы Лайлы задрожали, и она вдруг стала похожа на беспомощного ребёнка, заблудившегося в темноте и отчаявшегося найти дорогу. — Я хочу домой!..
— Ничего, милая. Всё это скоро пройдёт, — приговаривал Армисаэль, подталкивая её к дверям. — Скоро все эти человеческие глупости станут тебе не важны, вот увидишь…
Они прошли по тёмным коридорам больницы, затем спустились по лестнице на цокольный этаж, где Армисаэль распахнул перед девушкой одну из дверей.
В комнате было совершенно темно, лишь несколько тусклых красных свечей освещали пространство, где стоял длинный узкий стол, застеленный чёрной тканью.
— Снимай халат и ложись, — приказал чей-то голос, и Лайла вздрогнув, попятилась. Густая тень отделилась от стены, и девушка увидела Тадиэля, одетого в красный балахон, спадающий до самого пола. Его лицо почти скрывал большой капюшон, отороченный чёрным кантом.
— Делай, как он говорит! — Армисаэль подтолкнул пациентку к столу, при этом его глаза мрачно вспыхнули, а в голосе отчётливо проступила сталь. Было похоже, что ему порядком надоела эта игра в «доброго» доктора. — Быстро, Лайла! Или мы тебя сами уложим!
Понимая, что Армисаэль не склонен больше церемониться и готов выполнить свою угрозу, девушка, умирая от страха, сняла халат и забралась на узкое ложе. При этом её зубы стучали, и каждая мышца мелко тряслась от страха и напряжения.
— Что-то она очень напугана для перерождённой, — понаблюдав за ней, недовольно заметил ангел Жервы. — Афаэл её слишком разбаловал.
— Она просто ещё молода. Скоро адаптируется и тогда всё придёт в норму, Тадиэль.
— Ладно, посмотрим, — ангел Жертвы задумчиво и не слишком убеждённо кивнул. Потом взял с маленького столика небольшую чашу и занёс над лежащей девушкой. — Лежи молча и не шевелись, — приказал он, взглянув в её круглые от ужаса серые глаза. — Если хоть звук от тебя услышу, кипяток тебе в горло залью, поняла?
Лайла судорожно сглотнула, послушно кивнув.
Тадиэль отвёл взгляд от её лица и перевёл на чашу. За его спиной раскрылись тяжёлым занавесом мощные чёрные крылья.
— Moritor innocens!* — прошептал он, и его зрачки заполыхали кровавым огнём. — Perito genus humanum.*Reviviscitoque Regnum Casorum!
*(Невинный пусть умрёт! Да погибнет род человеческий! Да возродится царство Падших!)
Кровь в чаше покрылась мелкой рябью, словно озеро в ветреную погоду. Темнота вокруг ещё больше сгустилась, став почти осязаемой. Лайла услышала далёкий плач младенцев, словно где-то за стеной включили телевизор. Потом раздался ещё один плач, но уже громче. И ещё один… И ещё… Ещё… Комната наполнилась оглушительной, ужасающей какофонией звуков, от которых заболели уши. Невидимые дети кричали, плакали и орали так, словно им заживо отрывали руки и ноги. Лайла не выдержала и зажала уши, изо всех сил стиснув голову руками. Армисаэль тут же бросился к ней, силой опустил её руки, схватив за запястья, и прижал к телу по бокам. Тадиэль погрузил три пальца в чашу и, пополоскав в крови, начертил на груди девушки три алых линии. Потом вновь окунул пальцы в кровь и нарисовал на её животе круг и тринадцать копий, пронзающих его центральный символ. Потом одной рукой ухватил Лайлу за волосы и приподнял голову, второй поднёс чашу с кровью к её губам.
— Пей! — властно приказал ангел, наклоняя чашу и не позволяя девушке отвернуться. Лайла замотала головой, передёрнувшись от отвращения. Тадиэль грубо её встряхнул. — Пей!!! — плач младенцев всё нарастал, словно их становилось всё больше и больше. Он исходил отовсюду: от потолка, стен, пола, от окружающей их тьмы. Он звучал в самой голове, становясь нестерпимым. Раздражал, нервировал, сводил с ума, разрывая барабанные перепонки и заставляя девушку корчиться в судорогах. — Пей! — повторил Падший, зарычав словно дикий зверь. — Пей, Лайла!!!
Девушка зажмурилась и сделала глоток. Вкус был отвратительным, но она его уже почти не чувствовала. Казалось, голова вот-вот лопнет, настолько оглушительным и запредельно высоким стал звук. Теперь к страданиям и боли в голосах младенцев примешивалась и откровенная ярость. Они визжали, словно черти в аду, почти убивая своим плачем. Лайла, давясь, допила жидкость, больше не в силах выносить эти муки…
Тишина обрушилась так внезапно и резко, что девушке показалось, что она просто оглохла. Тадиэль отпустил её волосы и отошёл, возвращая пустую чашу на столик.
— В следующий раз пей сразу, идиотка! — прошипел он, в бешенстве взглянув на Лайлу, которой помогал слезть со стола Армисаэль. — Думаешь, это шутки, сучка безмозглая?!
— Тадиэль! — одёрнул ангела доктор, предупреждающе взглянув на него, но тот уже впал в такую ярость, что не мог остановиться. Яркий огонь окутал ангела Жертвы с головы до ног, превращая балахон в огромный костёр из адского пламени. Тадиэль метнулся к девушке и, схватив её за горло, притянул к себе, грозя сжечь заживо.
— Завтра не будешь слушаться — на церемонии пожалеешь, что здесь не сдохла! — прорычал он с такой злобой, что у Лайлы едва не остановилось сердце. — А ты, — он в ярости обернулся к доктору, — лучше объясни этой пустоголовой кукле, как себя вести, пока я сам этого не сделал! — и, отбросив Лайлу к стене, Тадиэль взмахнул крыльями. Огонь исчез, свечи погасли, и комнату заполнил густой, удушающий мрак. Армисаэль схватил девушку за плечи и буквально вытолкал из капища, поспешно захлопнув за собой дверь.
— Ох, не надо было его злить, милая! — пробормотал доктор, тяжело  переводя дыхание. — Мир не видел более злобного и мстительного ангела, чем Тадиэль. Теперь он долго не успокоится…
— А что… Что случилось? — решилась спросить девушка, когда они уже возвращались в изолятор.
— Тадиэль — ангел Жертвы, Лайла. Он не выносит крика младенцев. Обычно во время обряда «очищения» на земле в жутких муках умирают несколько детей, плач которых он слышит. Их души по заведённому порядку отправляются в Рай, где и успокаиваются. Сегодня умерло около сотни невинных, потому что ты не сразу выпила кровь. Каждая секунда промедления — это жизнь одного ребёнка. Они умирали в агонии, пока ты медлила, и Тадиэль слышал крики каждого из них. Теперь их души в Аду, а Тадиэль терпеть не может преподносить Люциферу такие подарки. Кроме того, он считает исключительно собственной привилегией назначать количество жертв и определять место их последнего пристанища. Ты вмешалась в его планы и нарушила равновесие… Боюсь, как бы тебе не вышло это боком, девочка…
Лайла замедлила шаг, почувствовав, как ноги становятся ватными, а к горлу подступает тошнота. Живот скрутило, и это заставило девушку согнуться от боли. Она едва успела добежать до туалета, и её вырвало кровью. Потом рвало до самого рассвета, выворачивая наизнанку все внутренности. К утру она так ослабела, что подумала: пришёл её последний час. Однако Армисаэль, осмотрев девушку, удовлетворённо кивнул и, оставив Хемаха присматривать за ней, ушёл по своим делам.

Реклама
Обсуждение
05:14
1
Подари мне лунный камень, талисман моей мечты...
Сразу вспомнила эту песню. 
Книга автора
Феномен 404 
 Автор: Дмитрий Игнатов
Реклама