Заметка «В память об Ахматовой»
Тип: Заметка
Раздел: Обо всем
Автор:
Оценка: 4.9
Баллы: 13
Читатели: 716 +1
Дата:

В память об Ахматовой

Вчера, 23 июня, был день рождения Анны Андреевны Ахматовой (Горенко) - 1889-1966, замечательной русской поэтессы, оставившей заметный и неизгладимый след в русской культуре. В советский период отношение к ней было неоднозначным. К примеру, вот что о ней писал А.А. Жданов: "Анна Ахматова принадлежит к так называемой литературной группе акмеистов, вышедших в свое время из рядов символистов, и является одним из знаменосцев пустой, безидейной, аристократическо-салонной поэзии, абсолютно чуждой советской литературе. Акмеисты представляли из себя крайне индивидуалистическое направление в искусстве. Они проповедовали теории «искусства для искусства», «красоты ради самой красоты», знать ничего не хотели о народе, о его нуждах и интересах, об общественной жизни. Акмеисты, как и символисты, декаденты и прочие представители разлагающейся буржуазной идеологии были проповедниками упадочничества, пессимизма, веры в потусторонний мир..." И т.д. и т.д.


А по мне, так это была светлая поэтесса, и душа светлая (хотя и грустная)... Вот  несколько напоминаний-штрихов о ней:



ПЕСНЯ МИРА

Качаясь на волнах эфира,
Минуя горы и моря,
Лети, лети голубкой мира,
О песня звонкая моя!
И расскажи тому, кто слышит,
Как близок долгожданный век,
Чем ныне и живет и дышит
В твоей отчизне человек.
Ты не одна — их будет много.
С тобой летящих голубей,—
Вас у далекого порога
Ждет сердце ласковых друзей.
Лети в закат багрово-алый,
В удушливый фабричный дым,
И в негритянские кварталы,
И к водам Ганга голубым.


ТАШКЕНТ ЗАЦВЕТАЕТ

Словно по чьему-то повеленью,
Сразу стало в городе светло -
Это в каждый двор по привиденью
Белому и легкому вошло.
И дыханье их понятней слова,
А подобье их обречено
Среди неба жгуче-голубого
На арычное ложиться дно.


NOX: СТАТУЯ «НОЧЬ» В ЛЕТНЕМ САДУ

Ноченька!
В звездном покрывале,
В траурных маках, с бессонной совой.
Доченька!
Как мы тебя укрывали
Свежей садовой землей.
Пусты теперь Дионисовы чаши,
Заплаканы взоры любви...
Это проходят над городом нашим
Страшные сестры твои.

30 мая 1942, Ташкент


ЛЕНИНГРАД В МАРТЕ 1941 ГОДА

Cardan solaire* на Меньшиковом доме.
Подняв волну, проходит пароход.
О, есть ли что на свете мне знакомей,
Чем шпилей блеск и отблеск этих вод!
Как щелочка, чернеет переулок.
Садятся воробьи на провода.
У наизусть затверженных прогулок
Соленый привкус — тоже не беда.

* Солнечные часы (франц.).


*   *   *

Молюсь оконному лучу -
Он бледен, тонок, прям.
Сегодня я с утра молчу,
А сердце - пополам.
На рукомойнике моем
Позеленела медь.
Но так играет луч на нем,
Что весело глядеть.
Такой невинный и простой
В вечерней тишине,
Но в этой храмине пустой
Он словно праздник золотой
И утешенье мне.



Реклама
Обсуждение
11:27 26.07.2015(1)
1
А З
Образец!
в заметке
-- двадцать четыре слова ! Ваших
11:56 26.07.2015
Игорь Саенко
Да! Краткость будит глубины!
Гость09:03 26.06.2015(2)
Комментарий удален
19:13 26.06.2015
-1
Александр Зарецкий
У меня в старом сборнике Вознесенского эти стихи в такой редакции:
За упокой Семёнова Владимира
коленопреклоненная Москва,
разгладивши битловки,
заводила его потусторонние слова.

И концовки нету.
Но пророческой оказалась фраза:
Спи шансонье Всея Руси, отпетый,
09:08 26.06.2015(2)
3
Игорь Саенко
Мы из одного времени, наверно. Для меня Евтушенко, Рождественский и Вознесенский как трехглавый пегас - помнится, в телевизорах, упоминая поэтов, в основном о них только и говорили...
14:09 26.06.2015(1)
-1
Александр Зарецкий
«Нас мало, нас, может быть, четверо...», – утверждал в 1964-ом Андрей Вознесенский, посвятив эти стихи Белле Ахмадулиной.
Трое-то ясны. Вознесенский, Ахмадуллина и Евтушенко. Но четвёртым в итоге оказался всё же не Рождественский, а Высоцкий.
Гость17:03 27.06.2015(1)
Комментарий удален
17:33 27.06.2015
-1
Александр Зарецкий
Возможно. Но это можно сейчас трактовать как угодно. И дело в том, что у Пастернака есть:
Нас мало. Нас, может быть, трое
Донецких, горючих и адских
Под серой бегущей корою
Дождей, облаков и солдатских
Советов, стихов и дискуссий
О транспорте и об искусстве.
Гость10:22 26.06.2015(1)
Комментарий удален
10:28 26.06.2015
1
Игорь Саенко
61-й, хотя в паспорте написан 62-й...
Гость14:03 25.06.2015(2)
Комментарий удален
18:41 26.06.2015(1)
Александр Зарецкий
Её обозвали или "монашкой-блудницей" или "блудницей-монашкой".
Это был единственный литературный образ во всём докладе товарища Жданова.
Кстати, для поэтессы - это комплимент.  
Но она была не главным объектом. Главным был Зощенко.
А в годы гражданской войны белая и эмигрантская пресса раз в несколько месяцев публиковала сообщения о расстреле Гумилёва и Ахматовой. Гумилёва всё же расстреляли, а она выжила. И сынишка вернулся из тюрьмы. Жисть её была самая для поэзии.  
Как она, якобы, сказала про Бродского, когда того судили: "Нашему рыжему делают биографию".
Гость18:46 26.06.2015(1)
Комментарий удален
18:59 26.06.2015(1)
Александр Зарецкий
Для Ахматовой он был, прежде всего, сынишкой, попавшим в беду.
Так всех по делу. Как говорил мой знакомый следователь, был бы человек, а статья для него всегда найдётся.
Гость19:01 26.06.2015(1)
Комментарий удален
19:22 26.06.2015(1)
Александр Зарецкий
Не знаю. Я его потерял из виду.
Но от сумы и тюрьмы...
Это всегда неприятно, когда тебя допрашивают.
Гость17:00 27.06.2015(1)
Комментарий удален
17:03 27.06.2015
Александр Зарецкий
У них свой взгляд на проблему.
Но я как-то стукачей не опасался. Когда есть конкретика, то это серьёзнее.
22:18 25.06.2015
4
Игорь Саенко
Это так, если оценивать только лишь с социальной позиции, но есть еще эстетическая, чувственная, интеллектуальная, индивидуальная, со-чУвственная, со-глАсная - и тд. и т.д.
22:03 24.06.2015(1)
1
Александр Зарецкий
Евгений Евтушенко
ПАМЯТИ АХМАТОВОЙ
Ахматова двувременной была.
О ней и плакать как-то не пристало.
Не верилось, когда она жила,
не верилось, когда ее не стало
22:48 25.06.2015(1)
3
Игорь Саенко
Спасибо, очень хорошо сказано...))
22:56 25.06.2015
1
Александр Зарецкий
Во время войны в блокадный Ленинград, якобы по распоряжению Сталина, был послан специальный самолёт, чтобы вывезти из города Юрия Тынянова и Анну Ахматову.  Я это вычитал в мемуарах, пожалуй, в книге Александра Верта.  
А эти стихи, помнится, появились в газете на следующий день после кончины.
Книга автора
Петербургские неведомости 
 Автор: Алексей В. Волокитин
Реклама